• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: christmas tiger blues (список заголовков)
03:03 

верхом на ките

завтра утром мы уедем из москвы
на этот раз и вправду надолго. десять месяцев - это долго? до ноября?
пусть в том другом году, когда у всех столько изменений и новостей, у нас появится
ну хоть что-то похожее на дом
место, где мы будем чувствовать себя дома,
где мы будем чувствовать себя у себя
я что-то устала жить нигде, жить у друзей, встречать утром по пути в ванную строителей, сантехников и что в любой момент что-то непредвиденное меняет твои планы.
сегодня мы собрали вещи, я закончила с книжкой познера и отправила все в издательство, и финн из посольства сказал, что наши паспорта будут в визовом центре после пяти, tervetuloa. оля вышла к нам, как раз когда мы забирали два коричневых конверта: теперь паспорта с готовыми визами выдают в конвертах. мы стояли с разных сторон стекла и улыбались друг дружке. мы успели еще выпить кофе в "старбаксе" на тульской, и сходить на мягкое спокойное занятие по йоге 23; и после этого я почувствовала, что все, можно признаться, что ты устал и немножко хочешь на ручки к кому-нибудь большому и постоянному.
вечером мы опять пособирали вещи и испекли печенье в стокгольм и положили его в банку.
и посмотрели фильм, и просто посидели.
я хочу провести несколько дней совсем тихо. есть интересную еду, ходить по городу, рисовать, читать уютную книжку, молчать или говорить самые простые, только самые простые вещи.
внутри этой усталости скрыты вместе и отчаяние, и покой.
все это время нам настолько не на кого положиться
и завтра мы - финдус, джейк рокет и рождественский тигр - начинаем третью северную европейскую экспедицию. состав всецело подготовлен. все обеспечены спальниками, сэндвичами, запасами топлива и убежищами для сердца. все снабжены любовью и будущим. все готовы.


@темы: christmas tiger blues

22:56 

верхом на ките
паром тронулся и идет, давно кончились виллы и шхеры турку, я вижу только свое отражение в стекле.
на данный момент мы не спали уже тридцать три часа; ладно, полчаса в ледяной машине в хамине считаются за сон, но больше получаса мы не выдержали, было минус семнадцать, все лапы отмерзли.
и этой ночью питер был очень пустой и красивый и холодный, и мы ехали сквозь него медленно, вся ночь на земле, и все было так, как будто он весь стал таким красивым специально, чтобы мы решили немного пожить в нем когда-нибудь. потом на выезде завернули на bp-connect, нашли там кота и гладили его, присев на корточки. кот с нами дружил, и девочки на заправке смотрели с пониманием.
на дороге от питера до торфяновки, в борьбе со сном, мы видели: я - длинную черную лодку, стоявшую на встречке, в. - белое взлетевшее в воздух.
и потом еще долгий завтрак на заправке в хамине, joulutartu, puuro, kahvi ja tee. пока мы болтали, рассвело. синеватый холодный финский день. в окнах - горки адвентских свечек. дорожки посыпаны гравием, чтобы было не скользко. в икее в турку на автомате возникают финские реплики: что мы хотим, сколько мы хотим и что мы больше ничего не хотим. еще в турку: рождественская ярмарка, где поют мальчики с нарисованными усами и пахнет елками; эмигранты в coffee house; уютные финны за рулем старых опелей; отсутствие всякой необходимости с кем-то бороться. в турку тепло и ветер.
от амаретто горячий шоколад становится чуть солоноватым.
самое красивое - когда после хельсинки начинается солнце, розовые граниты по обеим сторонам дороги и сияющий снег.

@темы: christmas tiger blues

14:42 

верхом на ките
в стокгольме влажный снег, ветер, рождество, близкое к пределу, и корабли. из окна хостела, где мы остановились видно королевский дворец и елку на набережной старого города. в глег добаляют миндаль и орехи приглушают приторную сладость пряного вина. в огромной комнате под самой крышей тридцать кроватей, по пятнадцать с каждой стороны. мы выбираем себе две. тусклое ощущение, как в санатории, где ты ни на минуту не можешь остаться один и все время должен быть начеку, быстро проходит; все совсем по -другому, все иначе. кроме воспоминаний о шафранных булочках в пустом скансене, птицах, хлопанье флагов на влажном ветру, у меня останется также незабываемая ночь боли, когда что-то внутри сказало, что собирается меня покинуть. я немножко полежала, потом вышла из дормитории, где все спали и до четырех утра сидела на кухне с чашкой сладкого чая. это был один пакетик и он был неподписанный, поэтому я решила, что можно. завтра - пять часов дороги до хаа, и начнутся две недели работы и тишины. сегодня - есть еще время на стокгольм, и встретиться с дашей, и подумать, и найти себе, и найти себе, как продержаться. как вернуться к доверию.

@темы: christmas tiger blues

12:06 

верхом на ките
когда мне было тринадцать лет и мы приехали в стокгольм со школьной экскурсией, то я видела в каждой задней комнате каждой сувенирной лавки в старом городе, в каждой шведской девочке навстречу - свою жизнь, свое будущее и то, что однажды будет приятно вспомнить; мы издалека тихонечко дразнили гвардейца у королевского дворца, и сейчас, когда я смотрю с нашего острова на старый город, сквозь снег и мачты парусника, то мне приятно видеть, что этого больше нет, что все это кончилось и что ты больше не принадлежишь ни к какой экскурсии, где все направления и точки остановки выбрали за тебя, а тебе оставили только маленький, совсем несерьезный выбор: что съесть после обеда, яблоко или апельсин.
суббота в стокгольме была длинная: с вафлями на рождественской ярмарке, с ветром, с каким-то исламском митингом. полицейские вели человека, у которого волочились ноги, женщина рядом в ожидании поезда достала из пакета упаковку "молочных баранок", даша и юхан шли по платформе, взявшись за руки, как персонажи какой-то отличной детской книжки, поезда на t-centralen приходили совершенно бесшумно, порции в кафе были просто огромные и мы весь день все делили: салат с в., суп из лобстера и самые большие в швеции булочки с корицей с дашей и юханом вечером, а потом, когда все закрылось, бросили в щель желтого почтового ящик больше десятка открыток.
и еще вечером начался снег, и он засыпал всю нашу дорогу на юг швеции. он идет и идет, и уток не слышно. парусник тоже стоит тихий и пушистый.
самое тихое воскресенье в мире.
кажется, мне будет не хватать этого города всю жизнь

@темы: christmas tiger blues

19:32 

верхом на ките
мы снова в мире телефонной связи, скоростных дорог, денег и рекламы
после двух недель в хо, в школе йоги и медитации
после бесконечных подъемов в пять утра, карма-йоги, скучной еды, двух дней полной тишины
строго расписания и самого скучного рождественского ужина в мире
морозных рассветов и суфийских песен по вечерам
и галопа на исландских лошадках по заснеженным полям южной швеции,
которые быстро темнеют.
мы в лапландии, здесь время ночи, kaamos
тонны снега сковали всю тундру
во время лыжного бега на вершине сопки звук уходит в тишину, как в вату
(острый посвист лыжных палок)
и впереди появляется огромный олень.
(его следы на лыжне)
и за ним - плотная стена ледяного белого ветра.
все время очень низкая облачность.
горячий воздух сауны выталкивает нас в обжигающий снег.

красота становится очень острой

вот такое у нас показывают за окном,
четыре северных оленя (с предсказуемой судьбой)




а вот такое показывают снаружи:




запись создана: 06.01.2011 в 22:22

@темы: camera point, círculo polar, christmas tiger blues

20:26 

верхом на ките
02:03 

верхом на ките
мы допиваем горячий чай на кухне хостела skeppsholmen в стокгольме
приходят двое шведских ребят, делят на двоих сэндвич из seven-elevenки и бутылку колы, но что к чему я понимаю только когда один из них гладит другого по спине
англичанин с ноутбуком грызет сухари с кардамоном, и мы так уютно устроились на диване
в стокгольме тепло и ветер, перед съездом в город мы почему-то долго стоим на e4, пропускаем пожарную машину, техничку и скорую куда-то вперед, но потом все вдруг начинают ехать
в стокгольме закат и сбрасывают снег с крыш
мы приехали и успели покататься на коньках, выпить по чашке горячего шоколада, походить по памятным местам, сто раз поменять планы на завтра
а потом наступил вечер и мы долго шли пешком до хостела
мы спали всего четыре часа
и почему-то каждый наш день похож на битву
или каждый мой день похож на битву
когда я стараюсь быть сильнее себя
и ни на минуту не могу остановиться.
вчера утром мы уехали из киивакко. насыпали корм в птичьи кормушки, отпечатали в снегу последние следы, выгребли залу из камина. и уехали. возможно, мы еще окажемся там через год; двадцать два километра на лыжах, ну, пройдем еще мааленький километр, ледяной ветер на сопке kiilopaa, и хватит ныть, потому что сейчас ты проживаешь свое лучшее воспоминание, остановись и смотри, иди и смотри, сколько бы ни было впереди километров. все слишком неопределенно, чтобы мы могли думать об этом сейчас.
белые дороги: от саариселки до соданкюлы, от соданкюлы до рованиеми.
снег и небо одного цвета. я никогда такого раньше не видела. от этого отчаянного белого сразу болят глаза; и ты просто едешь, сколько бы ни было впереди, потому что кто-то должен ехать.
в хаапаранде мы покупаем шведскую телефонную карточку, чтобы позвонить в хостел, меняемся и мне достаются приключения с перекрытоой дорогой, которые потом опять возникнут на подъезде к стокгольму. ночью я засыпаю со картонным стаканом кофе в руке и он опрокидывается прямо на куртку. потом проезжаю еще сто километров до сундсвалля, три часа ночи, мы открываем кодовый ящик с ключами и устраиваемся на ночевку.
в хостелах по всей швеции - одинаковые одеяла и подушки, синие, с морскими эмблемами.
завтра у нас поиск учебника по шведскому, каток, кофе, музей космонова, где показывают кино про антарктику, кофе с карин, бесконечный старый город и ужин
а потом мы уезжаем в копенгаген

@темы: círculo polar, christmas tiger blues

00:11 

верхом на ките
в местной газете пишут:
количество северных сияний увеличивается
зима пришла вовремя, состояние снежного покрова было отличным
условия дикой природы лапландии могут очень быстро меняться, важно подготовиться к изменениям погодных условий
с собой должны быть запас теплой одежды, горячих напитков, продовольствия, средства для разведения костра
расписание автобуса можно найти на остановках, а также на досках объявлений в гостиницах
в августе в корестностях был найден золотой самородок весом 33 грамма
на санной горке следует не терять самообладания
а на лыжных трассах - быть приветливым с другими лыжниками
рея ювонен открыла кафе "saivu" на втором этаже торгового центра "siula"
художник веса юнттила присутствует на своей выставке в зале гостиницы "tunturi" с девяти вечера до полуночи, а в другое время ему можно позвонить
ночной лес живет своей таинственной жизнью
лыжник может слышать, как тихо потрескивает северное сияние
олень не представляет опасности для человека
в период синих сумерек чистый белый снег отражает и усиливает ночное море света от луны, звезд и планет




читать дальше

@темы: camera point, círculo polar, christmas tiger blues

01:50 

верхом на ките
мне нравится это время ночью, когда ты один в чужой комнате
слышны чьи-то шаги в коридоре
не можешь заснуть, не хочешь, не пытаешься, никому ничего не объясняешь.
я сворачиваюсь под одеялом в клубок и вспоминаю этнографический музей siida в инари.
самая северная деревня финляндии. люди, собаки, снегоходы, олени. плавные изгибы единственной дороги, которая ведет в норвегию.
ощущение льда под колесами, озеро, на островах которого живут саамские боги.
в музее была отличная выставка про комаров, про охотничьи луки и просто про север и его жизнь в двенадцать месяцев года.
на одной из фотографий была полярная лиса, белая шерсть, хвост, прищур глаз, окровавленная мордочка. на другой фотографии она сидела в снегу, свернувшись клубком, и грелась. я вспоминаю ее, ветер, смерзшийся снег, облепивший деревья, оленьи следы на лыжне. клети на крышах, в которых по старой привычке сушится оленье мясо. распил туш, запачканные фартуки рабочих, их огромные наушники, очки. я лежу под одеялом, которые одинаковые во всех хостелах, и в стокгольме совсем тепло, с утра будет снегопад, и мы будем кататься на коньках в компании шведских школьников. ночью совсем легко. утром и днем уже не так легко. если ты делаешь что-то в одиночку и впервые, то нужно быть готовым к тому, что у тебя не будет выходных, не будет ни одной передышки от себя самого и той ответственности, которую ты взвалил на плечи: изменить все. не просто переехать в другую страну, не быть ни к чему привязанным, сделать свое отношение к происходящему ровным и не зависящим от эмоций, а вывернуть пространство целиком и перестроить его. прервать цепочки кодов, автоматических ходов, ошибок, которые идут к тебе от родителей, а к ним от их родителей и дальше туда, где уже ничего не видно; перестать воспринимать как единственно верное то, что обусловлено воспитанием, кругом общения, принадлежностью к поколению; сделать своей единственной опорой неизвестность.
мы катаемся на коньках под музыку, последний раз я делала это в пять лет. в музее cosmonova на огромном экране мы смотрим, как вертолет летит над антарктикой, самым сухим, самым холодным, самым страшным местом в мире, и как два аквалангиста плывут внутри айсберга - там есть огромные пустоты, заполненные водой. вечером, когда мы обнимаемся с карин, которая уходит на йогу, смотрим друг другу в глаза, как мы делали во время суфийских песен по вечерам в хо. нужно было найти себе пару и спеть короткий куплет в шесть строчек, глядя в глаза своему партнеру, не отрываясь и - не закрываясь, простая песенка, спетая двадцать, тридцать, сорок раз превращалась в практику, а потом vigyana shakti говорила - ложитесь на пол, и выключала свет, и ты запоминал глаза каждого, даже если еще не успел выучить всех имен. я лежу, свернувшись в плотный клубок, как полярная лиса, как смерзшийся снег, и по привычке немножечко чувствую страх от того, что ничего этого не повторится, так больше не будет, и можно что-то не успеть, и в. говорит, что не может радоваться, потому что все время чувствует, что должен быть на пределе внимания, что чувствует, как что-то существует там за спиной, где ты этого не видишь и не можешь на это повлиять, но потом что-то происходит и страх отключается, потому что в экстремальных ситуациях или просто трудных временах отключаются все второстепенные системы. я слышу, как стая уток разрывает воду на взлете, и как кто-то ходит по коридору, и открывает магнитной карточкой какую-то другую дверь.

@темы: círculo polar, christmas tiger blues

02:14 

верхом на ките
13:10 

верхом на ките
пять вещей, которые нужно сделать в стокгольме
если вы оказались там зимой

1. покататься на коньках на бульваре kungsträdgården в самом центре города. каток работает с девяти утра, в некоторые дни - с одиннадцати. если вы придете туда утром, то, возможно, будете на льду совсем одни. из динамиков - майкл джексон, вокруг занятые люди спешат на работу, над катком горят гирлянды лампочек, снег и ветер усиливаются, варежки совсем мокрые и коньки все быстрее режут лед. чуть позже появляются школьники, они приходят на каток целыми классами и, пока мелочь катается, учителя стоят у барьера и разливают из термосов кофе. самые маленькие одеты в зеленые светоотражательные жилеты и, обув коньки, предпочитают передвигаться на четвереньках, как на пути к катку, так и на льду, так что нужно очень стараться и не задавить никого из ползущих. коньки, кстати, можно тут же взять напрокат, как жесткие хоккейные, так и фигурные. один час стоит пятьдесят крон для взрослых, и в два раза меньше для детей.

2. посмотреть один из фильмов на экране IMAX в cosmonova. cosmonova - проект внутри музея естественной истории, куполообразный экран площадью 760 кв. метров. это будет просто восторг для глаз и серьезная встряска для вестибулярного аппарата, который перестанет понимать, где и в каком положении вы находитесь, довольно скоро. из фильмов выбрать трудно: antarktica, deep sea, sea monsters, the search for life (одни ли мы во вселенной?), shackleton's antarctic adventure (про транс-антарктическую экспедицию, предпринятую в 1914 году, которая не достигла своей цели и превратилась в огромное испытание для участников), hubble (про спутник NASA). все фильмы на шведском, а на английском можно послушать, взяв специальные наушники. длительность - 25 или 45 минут, стоимость - шестьдесят или девяносто крон. мы выбрали "антарктику" и это был лучший фильм про континент, который мы видели. полет над равнинами льда вслед за вертолетом, погружение в заполненные водой пещеры внутри айсберга, имитация (но очень страшная), как идущий человек проваливается в трещину ледника и едиинственное, что спасает его от падения на самое дно, это веревка, которой он привязан к собственным санкам с поклажей. после фильма стоит исследовать и сам музей естественной истории.

3. добраться до острова djurgården (на трамвае номер 7 или пешком; пешком интереснее). сразу после моста вам нужно направо, в музей астрид линдгрен и детей "юнибаккен". вы сразу поймете, что это именно он, по парковке колясок у входа. внутри интересно, потому что там есть дома из книжек астрид линдгрен, туве янссон и некоторых других шведских писателей, в которых можно лазить, даже если вы довольно большого размера. во-вторых, там есть очень классный инженерный проект: волшебный поезд, сев в вагон которого, вы проедете мимо хутора катхульт, где эмиль поднимает свою сестренку иду на флагшток, пролетите над стокгольмом, где карлсон описывает круги вокруг башни, и увидите яблочные долины нангиялы, куда попали братья львиное сердце, калле и юнатан, после того как умерли. поезд отходит от деревянной станции, а текст рассказа, который вы слышите по пути, написала астрид линдгрен. потом в музее еще есть дети. они будут попадаться вам повсюду, они ползают, бегают и падают, ищут родителей, катаются с горок на вилле "курица", едят яблоки, теряют свои вещи, забираются выступать на маленькую сцену с синими бархатными шторами и еще много всего. в холле, где на стенах тролли и леса john bauer, родители садятся прямо на пол, чтобы натянуть на ребенка носки или комбинезоны, и мне кажется, что самое-самое в юнибаккене, как раз дети и родители, которые приходят туда вместе и вместе проводят время. ну, хорошо, и блинчики с малиновым вареньем и взбитыми сливками в кафе, - это тоже очень, очень здорово. входной билет стоит 110 крон, для мелких - дешевле, но сколько, я не помню.

4. скансен. скансен тоже находится на юргордене, и там столько дел, которые нужно переделать! скансен - это этнографический музей, парк, зоопарк. деревня ремесел, пустынные дорожки, мельницы и животные. нужно зайти в стекольную мастерскую и остаться там надолго, пусть даже мастер в клетчатой рубашке делает совершенно похожие стеклянные шары, но вы поймете процесс, согреетесь и можете перекинуться с ним парой слов. кажется, там даже можно попробовать поработать самому, но о таком развлечении нужно договариваться заранее. гончарная мастерская, скобяная лавка, почта и булочная. в булочной вас встречают совершенно сказочные румяные пекари в белом, которые пекут и продают булочки с корицей, булочки с марципаном, шафранные булочки; а в гончарной мастерской нас угостили яблоками и грецкими орехами, хотя мы просто зашли на минутку. в скобяной лавке продают гвозди, веревки, формочки для печенья, велосипед, каминные щипцы и всякие другие необходимые в хозяйстве вещи, и кассовый аппарат по возрасту, кажется, приближается к хозяину - а хозяину около восьмидесяти. кроме этого, в скансене множество крошечных кафе-кондитерских, и несколько кафе побольше, в зоопарке мне больше всего нравится тюлень, в глёг добавляют миндаль и изюм, а однажды я встретила там старика, которые изображал разных птиц, и выходило просто потрясающе. входной билет - 140 крон (но в рождество туда можно попасть за просто так).

5. просто ходить по городу. надеть шапку, взять карту и просто ходить по городу. люди в стокгольме невероятно красивы. то есть, вы, конечно, увидите не только просто красивых людей. велосипедисты, палатка с хот-догами, группа марафонских бегунов, лодки, взгляд человека, который работает вывеской, пакетики с салатами, которые несут на работу, школьная экскурсия, которую видно издалека, потому что на детях светоотражательные жилеты. трамвай номер семь, короткий маршрут. окна, каждое из которых говорит: я окно дома и очень, очень хорошего, уютного и отличного дома. центральные улицы, полные самых разных языков; за людьми всегда очень интересно наблюдать, особенно за людьми, которые оказались в чужой стране. центральные улицы залиты светом, но потом одна из улиц обязательно приводит в старый город, и это одно из лучших мест в стокгольме. в кафе, которые здесь находятся, обязательно есть какое-нибудь холодное каменное подземелье, в магазинах много уютных вещей: деревянные ангелы, войлочные шапки, олени, лошадки из даларны, стеклянные цветы, и тут гораздо интереснее смотреть на витрины, чем выбирать что-то одно. до рождества стокгольм очень праздничный, и в первые десять дней января он тоже нежный, медленный и пустынный, а потом адвентские звезды в окнах сменяются на обычные лампы и жизнь начинает двигаться ощутимо быстрее.
(очень вкусные кофе и горячий шоколад, чтобы передохнуть и согреться, - в кофейнях wayne's coffee, они попадаются очень часто. особенно горячий шоколад)

на самом деле вещей больше, но мы в копенгагене и нужно идти
потом я напишу что-нибудь еще
мы стояли на палубе парома через каттегат и смотрели, как к нам приближается дания
здесь нет снега, зато есть велосипедисты
по намекам и недосказанным предложениям мы понимаем, что старая ирина, сводная сестра т.н., которую в начале декабря мы перевезли из одного приюта в другой, - умерла
т.н. просит зайти в какую-нибудь церковь



@темы: círculo polar, christmas tiger blues

00:18 

верхом на ките
привет, дневник, мы в кёльне
и за завтраком в. рассказывает, как ему приснилось, что у него в голове кошка.
то есть, он жил в какой-то коммуне, вроде хо: много людей, все с разными целями, но ведут общее хозяйство. и вот у них на чердаке завелась кошка
(при этом под словом кошка там во сне подразумевается какое-то животное, которое не совсем привычная кошка и делает много мелких нехороших вещей)
и этот вопрос нужно как-то решить.
а в., он при этом все время чувствовал, слушая эти разговоры, убеждения, и пока лез на крышу с ножом, все время чувствовал, что эта кошка имеет к нему самое непосредственное отношение: она каким-то образом и там наверху, и одновременно у него под кожей, внутри.
потом он долез до чердака и - кошка появилась.
мы в кёльне, здесь тепло, народ вовсю ездит на мотоциклах, на балконах елки, украшенные гирляндами и ватой, в воздухе - трава, река, сигареты, звуки рояля и спиртовый мат русских уличных художников (переехали с арбата); мы живем в четырех станциях метро от кёльнского собора. со въезда в город он похож на на что-то необъяснимое из жизни насекомых, на две куколки с будущими бабочками, серый, нечеткий, огромный, подсвеченный, с двумя злыми башнями; вблизи он просто огромный и его интересно рассматривать. на обед у нас вафли, которые только что побывали в потоке горячего шоколада, и все остальные удовольствия, которые предлагает шоколадный музей: не столько музей, сколько маленькая фабрика, то есть, место номер один, особенно если у вас совсем немного времени в кёльне.
плоды какао растут прямо на стволе; карл линней придумал называть их theobroma cacao; и семьдесят пять процентов фермеров и рабочих из бразилии, нигерии и индонезии, занятых на производстве какао-бобов, ни разу не пробовали конечного продукта.



@темы: camera point, christmas tiger blues

00:21 

верхом на ките
00:28 

верхом на ките
про карма-йогу говорят, что главное в ней - выполнение предписанных обязанностей без привязанности к плодам своего труда. но никто не говорит, что ты можешь вовсю получать от этого удовольствие. примерно как от хорошей музыки, только как если бы музыкой был ты сам.
окей. в хо карма-йога начиналась после утреннего класса и пшеничного чая daliah. мы сидели в столовой, глядя на снег, и грея руки о высокие стеклянные стаканы, когда появлялся педро и принимался распределять задания. карма-йога дает тебе колоссальное ощущение выполненного долга и собственной необходимости, а кроме того и практической пользы от нее масса. мы расчищали двор и дорожки от снега, шили чехлы для ковриков, мыли полы, окна и стекла дверей, готовили еду, таскали дрова, убирали конюшни и чистили лошадей, красили стены, пристраивали дополнительную комнату к rosen house и порой не без риска для жизни. например, огромный датчанин туэ чуть не свалился с крыши, когда полез туда счищать снег; а старая финка ума преувеличила свои возможности, вызвавшись носить дрова в эккебакен. мне поручили счищать лед с самой огромной лошадки в двадцатиградусный мороз, но я не удержалась и даже тут получила удовольствие. ты трудишься не для собственного материального блага и все говорят, что в карма-йоге важно бескорыстие и отсутствие заинтересованности; ты делаешь то, что должно быть сделано. но у меня ничего не получалось. все задания доставляли мне такое удовольствие, мне так нравился сам процесс, а также то, что получалось в конце (чистые стойла и чистые кони, которые едят свою морковку; раскопанная тропинка на холм; яркая гора порезанной тыквы-хоккайдо среди кухонного алюминия и запах хлеба в конвекционной печи), что налицо была моя личная, совсем личная заинтересованность. мне нравилось молчание во время работы и запрет на small chats, оставаться одной на поле с шестью лошадьми и разбрасывать корм в снегу, уворачиваясь от их настойчивых преследований, бросать лопату в снег и смотреть, как солнце поднимается над холмом, освещая эккебаккен, мастерскую и летний навес. чаще всего я была в конюшнях, с лошадьми или на кухне, и, пожалуй, на кухне было интереснее всего.

я попала туда в первый же день, когда правила были еще не строгими и говорить было можно. потом появился запрет на разговоры во время работы и в столовой, а в последние дни была полная тишина на два дня. кухня в хо - это спуститься по лестнице, в конце коридора и налево. ты надеваешь фартук и кроки, моешь и дезинфицируешь руки, а потом идешь к лотте и лотта дает тебе какую-нибудь задачу. лотта - это высокая шведка. она коротко острижена и похожа на мальчишку. лотта курносый нос! короче, она то, что надо. чаще всего тебя отправляют в специальную комнату для чистки овощей и ты чистишь картошку, тыкву, морковку, бататы, в четыре или в шесть рук. острые ножи, холодная вода, очистки, очистки. тот, кто приходит последним, обычно встает за посудомоечную машину. еда в хо, натурально, вегетарианская, а после шанк пракшаланы исключаются молочные продукты, свежие фрукты и овощи. никакого чая или кофе: только травяной настой или холодная вода. в то первое утро мы чистили картошку на пару с кристером, он из стокгольма, из семьи профессиональных пекарей. признался, что специально проник на кухню в первый же день: сам он работает приглашенным поваром и ему интересно посмотреть, как здесь все устроено. для дилетантов, сказал он, здесь вполне ничего. ян отправил в печь двенадцать хлебов и они начали проявлять себя как раз, когда мы закончили чистить картошку и вернулись из специальной комнаты; в кухне пахло как в булочной. лотта размешивала бобы, норвежка олауг готовила пасту из подсолнечных семечек и у нас с кристером были розовые, детские от воды пальцы. когда время карма-йоги заканчивается, то откуда ни возьмись появляется педро. он звонит в колокольчик и возвещает: karma-yoga is over! welcome to the yoga-room! этот колокольчик слышно даже в эккебаккене, через поле. я уходила последней и, растирая в ладонях крем, спросила лотту, как сказать по-шведски - спасибо, еще увидимся?
- tack, - сказала лотта, - vi ses.
потом в какой-то другой день карин научила меня слову "лошадь"; а термодор в день шанк пракшаланы - как считать от одного до трех и "одиннадцатый стакан"; а до этого даша в стокгольме сказала, что пчела - это humla; а в фильме "fucking Åmål " за русским переводом было слышно, как элин просит о чем-то джессику и говорит при этом - "пожалуйста, прости", но почему-то первым в этом списке все равно стоит "увидимся". это второй скандинавский язык, который я начинаю, и, судя по всему, он будет гораздо проще, чем финский. увидимся. vi ses.

потом, через десять дней после нового года, мы считаем знаки копенгагена. мы стоим на палубе парома через каттегат и дания приближается к нам. там темно. выехав на трассу, мы отмечаем: темно и совсем другое ощущение от движения. они ездят очень резко, не обозначают перестроения, превышают скорость. они другие. здесь нет снега и поэтому очень темно.
знаки: это туман - в тумане скрываются верхушки аттракционов в парке тиволи, закрытом до весны. велосипедисты - велосипедисты это очень большой поток, и они делают сигналы о своих перестроениях. лед - весь канал скован льдом, но очень неровным, на таком льду нельзя кататься на коньках. равнодушие.
держать машину в дании очень дорого: дорого купить, дорого обслуживать, бензин ужасно дорогой, не говоря уже о парковке. ни один из прохожих не может дать нам ответа, когда ночью в старом городе мы пытаемся выяснить, можно ли оставить синего на улице, которую мы присмотрели. "да у меня никогда в жизни не было машины!" - не останавливаясь, сообщает нам сорокалетний в пальто, которому здесь в москве подошел бы свой собственный джип и свой собственный театр. и исчезает в сыром темном воздухе вместе со своими товарищами, смехом, небрежным шарфом. одна щека у него чуть алее, чем другая, как будто он сидел у камина. в конце концов: не ближе десяти метров от перекрестка! никогда напротив подъезда! никогда на месте для инвалидов! никогда без парковочного билета! только на обозначенных белыми линиями местах! держать машину в дании - очень неудобно, для этого все условия. наконец, мы оставляем синего на крошечной улице, снабженного необходимым парковочным билетом ("включай сигнализацию, если что, мы будем поблизости" ), и идем пить кофе, а он исчезает в снегопаде. с неба бросают именно столько снега, чтобы для одних было романтично, а для других не страшно от каменной черноты копенгагена, и чтобы на следующее утро от этого снега не осталось и следа.

комнатная собачка в хостеле лижет мне пальцы, подходя познакомиться. на завтрак дыня, а на обед айриш-кофе в планетарии. "вас двое и вы можете сесть только за столик для двоих!" - арабский веганский буфет за девяносто девять крон и многочисленные кафе почти без обстановки, но с настоящим камином; цветы на улицах - все-таки копенгаген такой юг, даже по сравнению со стокгольмом, не говоря уже о лулео, каликсе, рованиеми и дальше вверх. мы ходим пешком, ищем каток и не находим его; смотрим в планетарии большой imax-фильм про симбиоз рыб на дне моря; делим на двоих черничный ("но почему он зеленый?" ) маффин из "7-11" и ищем церковь. за завтраком приходи смс от коли, в которой он выражает соболезнования; и мы быстро понимаем, что это ирина, сразу догадываемся. а мама в., деликатная душа, как ей свойственно, не захотела нас расстраивать и ничего не рассказала; когда мы пишем ей, то она кратко просит зайти в церковь, потому что похороны как раз сегодня, а остальное обещает рассказать потом. все церкви уже закрыты, когда мы выходим из планетария, и мы решаем зайти на следующий день в кёльнский собор, потому что так сложен маршрут.
когда мы возвращаемся за свой стол только для двоих с тарелками, полными острых салатов и горячих овощей, похожих по форме на космические ракеты, то на стенде с открытками я вдруг нахожу открытку с надписью "ses vi?". это не почтовая, а рекламная открытка. буквы как будто вышиты на белом полотнище. я сажусь за стол и у меня вдруг появляется ощущения, что это вся швеция спрашивает: увидимся? вся швеция: и даша с юханом, которые мчатся на коньках по льду, и карин, которая сейчас вместе с командой инженеров разрабатывает проект реконструкции одной из стокгольмских площадей, и кари с лиисой и их незабываемая овчарка нелли, которая не лает на медведя, потому что ей не нравится звук ружейного выстрела; и кристин, норвежка с лофотенских островов, которая заботится о лошадях в хо; короче, все люди, с которыми тебе было хорошо, и все места, где ты был безоговорочно, порой безосновательно счастлив, счастлив на вдох и на выдох, счастлив до такой степени, что ты уже перестаешь быть собой и своей биографией и становишься просто светом.
я сижу в маленьком веганском ресторане в центре копенгагена и копенгаген кажется мне самым угрюмым, самым мрачном отрывком в этом блюзе, и передо мной пустая тарелка, скомканная салфетка, приборы с чуть смещенным центром тяжести, горящая свеча и открытка, и я совсем не хочу думать о том, что впереди, и этот вопрос, первые слова на шведском, у меня в руках: увидимся? он превращается в: - ты будешь счастлив еще? ты сможешь?

и потом мы гоним до мюнхена по немецким трассам, они очень утомительные, на них все самолеты, едут под сто шестьдесят; и один час такой дороги выматывает также, как три часа по какой-нибудь скандинавской дороге; мы слушаем subterranean homesick blues боба дилана и нескончаемый гул трех полос в одну сторону и трех полос в другую; в кёльне, в веймаре, в ильменау нас застает дождь и на площадях бьют часы; однажды мы видим сразу целых три тягача, которые везут лопасти ветряков, длинные, как самолетные крылья, а потом в мюнхене мы действительно садимся в самолет, а синий остается ждать нас на holiday parking, к которой нужно ехать из терминала на автобусе, мы поднимаемся в небо; и когда-то кто-то из нас спросил: перелетные птицы, когда они думают, что возвращаются - когда летят на юг или когда летят на север? как у них обстоят с этим дела?

@темы: itselle, christmas tiger blues, círculo polar

17:48 

верхом на ките
Привет, мы в Белграде, я делаю горячий шоколад в кухонном углу хостела Fair, а завтра утром мы едем дальше и к вечеру должны быть в Колашине, это уже Черногория. Наш навигатор из всей Адриатики видит только несколько главных трасс; мы едем как в чистом поле и, стоит свернуть куда-нибудь с шоссе Е-70, как оказываемся просто нигде.
Но про нигде я расскажу вам потом. Сначала про Вену!
Мы просто влюбились в Вену! Теперь ищем предлог, чтобы туда вернуться.
Первый раз - когда увидели, как дорогу нам пересекает старый красный трамвай с одним фонарем.
Мы ехали в центр города, чтобы поужинать. Первое, что ты видишь в знаменитых городах, это обычно не то, чем они знамениты. Первое, что ты видишь, - это самая окраина конструкции города и его опора, вечное движение дней, пешеходные переходы и автобусные остановки, школа, стоянка, старое здание. Незаметная граница там, где трасса кончается и начинается городская улица; маленькая табличка с названием места; людские глаза, которые тебя провожают. Ты възжаешь в город, как незаметный герой; только ты знаешь, как ты сюда добрался и чего это стоило; конечно, я имею в виду не сколько стоил бензин. Я говорю о том, что вообще представляет собой дорога. Сколько дает тебе каждый отъезд из любого места, неважно, пробыл ты там шестнадцать лет или пять часов. Сколько ты теряешь, раз за разом проезжая мимо (чего-то), и сколько ты видишь: вот, пока горит красный, женщина в машине слева берет руку своего спутника и целует ее; вот велосипедист поднимает руку, сообщая о том, что сейчас повернет направо, и в этот момент что-то слетает у него с багажника; вот девочка-подросток бросает письмо в почтовый ящик, очевидно, подрабатывает после школы; а вот из-за очередного холма в дали появляется ветряк, и следом еще один, и еще, и потом насчитываешь их тридцать, и все они огромные, и - белые. И ты на все это смотришь. Это движение учит тебя не привязываться ни к чему и быть частью пейзажа. И с этим знанием ты едешь по городу и хорошо, что никакой толпы нет, в конце концов, это не велогонки.
И тут, пока ты стоишь на светофоре (весь такой драматический, наконец-то куда приехал) появляется этот красный трамвай. Обыденный, красный, полупустой. И им управляет мужчина в фуражке. И, как все, кто связаны с движением, он тоже что-то в этом во всем понимает. Приятно думать, что вы вроде как сообщники. Это сразу делает Вену понятной. Вот она. А вот трамвайная остановка.

Второй раз - когда сидели в кафе "Berg" и ждали, пока нам принесут суп.
Мы были голодны, как волки. Мы рассматривали людей вокруг. В кафе "Berg" много зеркал, так что рассматривать удобно. И все люди, которые были там внутри, были чем-то похожи. Они пили кофе, болтали, брали меню, ели сэндвич или утку с тимьяном, они были совершенно разные, но все-таки их связывало друг с другом - что-то. С такими людьми можно было бы смотреть кино, молчать, ехать в вагоне метро, стоять в очереди или ходить в музее - все было бы одинаково приятно. Ни в одном городе после Стокгольма не было такого ощущения. Что вы все, оказавшиеся в этом помещении, могли бы стать товарищами, если бы обстоятельства сложились чуть-чуть по-другому. В Стокгольме - было, и в Вене - было, а больше нигде не было.
(вам рассказывать про кухню? если рассказывать про кухню, которую мы нашли в Вене, то это займет Очень много места! но я могу).

Третий раз - когда надели жесткие прокатные коньки на Ратушной площади и вышли на лед. Мы неслись по кругу в потоке школьников, старушек, парочек. И некоторые старушки ехали у бортика, взявшись за руки, другие скользили легко и привычно, за шестьдесят лет успели как следует натренироваться. А третьи учились ездить спиной вперед. Вы можете представить себе старушку в пальто, которая в одиночку выходит на лед и учится делать то, чего никогда не делала раньше, что-то новое? Я - могу, но это непривычно, правда? Я могу представить себе старушку, которая торгует всяким хламом на газетке, старушку, которая сидит в очереди в поликлинике, старушку, квартиру которой поджигают, потому что центр города и первый этаж. О да. Но старушка, которая выходит на лед, - это кажется мне гораздо более правильным. Я хочу, чтобы старость была такой. А потом пунш! Старушка выпивает больше, чем я. На дне огромных белых чашек горячие дольки мандарина, за чашку нужно оставить залог в два евро.

А потом нас оштрафовали. Мы оставили машину прямо напротив Ратуши, чтобы пойти на каток. Запрещающих знаков не было, но, очевидно, эти места зарезервированы за работниками Ратуши, поэтому, вернувшись, мы нашли штраф. Наш сосед, который в это время отъезжал на своем порше махнул рукой: - Между Россией и Австрией все равно никаких связей. Выкиньте это из головы, вы же туристы. И хорошего дня в Вене! Но внутренний голос все равно сказал нам заплатить. Это нужно просто для того, чтобы все было в порядке. Нужно, чтобы у тебя везде все было в порядке. Это важно не только во время путешествия, это важно всегда. И когда мы оплачивали штраф за парковку в отделении Bank Austria, эта женщина в зеленом свитере, посмотрев квитанцию, сказала, что ей так жаль, что нас отштрафовали и она очень надеется, что это не испортило нам впечатления от Вены. Я сама езжу на трамвае, сказала она, но знаю, как трудно найти парковку в Вене, особенно днем. А каток на площади действительно классный. Мы все гордимся, что он у нас такой. И это был четвертый раз за сутки, когда мы подумали, что Вена - отличный город. Я привыкла не любить города, в которых прожила большую часть жизни, в лучшем случае - выносить. И доказательство того, что может быть по-другому, вселяет в меня уверенность.

Ну, а потом мы уехали. Правда, от пунша меня пошатывало, и поэтому до Будапешта я была пассажиром. В Будапеште мы поужинали, я перестала быть хмельной и веселой, и ехала до Белграда. Быстрая граница, узкая сербская дорога. В Сербии темно, но про этом нигде, про самую новую европейскую страну, про снег в Колашине, про дорогу на побережье я расскажу как-нибудь в другой раз.




запись создана: 29.01.2011 в 01:42

@темы: christmas tiger blues, herceg-novi

01:58 

верхом на ките
наш навигатор не видит никакую адриатику.
разве что пару главных дорог.
и когда мы сворачиваем с е-70, чтобы найти свой хостел, то оказываемся просто нигде.
это нигде трущобное и беспорядочное; по-настоящему трущобное: есть целый район, где все дома из пластика, полиэтилена, шин и всякого другого хлама, вокруг пустырь, люди занимаются обычными хозяйственными делами среди этого всего; зеленые вагоны древнего швейцарского трамвая сцеплены по трое; светает рано и это не дает выспаться, хотя мы приехали только к трем утра, а до этого была дорога.
завтра к вечеру мы должны быть в колашине, черногория.
а послезавтра - в герцег-нови; дома.
не знаю, чего ждать.
еще восемьсот километров.

@темы: christmas tiger blues

14:47 

верхом на ките
мы съехали с автострады белград-ниш, заплатили пять евро и оказались в глухой и бедной сербии. деревни лепятся вдоль дороги. во дворе недостроенного дома прямо на траве стоит почерневший снеговик с палками вместо рук. иногда где-то блеснет автосалон "рено" или "ниссан", все с иголочки, а по краю встречной тощая лошадь тянет повозку.
мы приспособили на багажник сверху четыре колеса, летняя резина. и синий превратился в героя сафари.
на автозаправке англичанин с фотоаппаратом принимает нас за журналистов, которые едут в косово, а мы нет.
мы не журналисты и мы едем к себе домой, и конец путешествия уже близко.
последние уютные вечера в машине. скользкая дорога, запас бесплатных яблок из хостелов, птичья коробочка с орехами или соленым печеньем.
плитка черного шоколада с перцем, потому что, если едешь в темноте и засыпаешь, именно черный шоколад с перцем отлично помогает. в начале. потом еще помогает открыть все окна и что-нибудь во все горло петь. и еще помогает испугаться, когда просыпаешься и видишь, что едешь по встречной.
потом мы еще обедали в пустом ресторане на плотине, тратили сто сербских динаров на кофе, проезжали застывший в снегу горнолыжный город, давали взятку черногорскому пограничнику, который не хотел пропускать колеса, вместо ужина взяли по кофе с бренди в колашине, где посреди площади в минус десять стоит и как ни в чем не бывало работает фонтан. и в воскресенье вечером мы добрались до дома.
нас встретили коты и проблемы. коты действительно подросли и по-прежнему держатся вместе.
внутри дома так холодно, что пришлось купить обогреватель.

@темы: christmas tiger blues, herceg-novi

13:02 

верхом на ките
привет, дневник. пять часов сна, собрать вещи, чашка кофе и вот.

мы едем по сербии целый день. мы проезжаем подряд:
дом с выбитыми окнами
огромное недостроенное
что-то, что могло бы быть автостоянкой в несколько уровней, если бы не стояло посреди нигде,
бункер, заросший
травой,
длинную черную цистерну, лежащую на боку,
собаку, вскочившую
при нашем приближении,
и темный комнатный ковер, висящий на бельевой
веревке.
и в светлое время суток еще ничего. но потом темнеет. я изо всех сил думаю о тех уютных вещах, которые появляются в машине во время путешествия: пакет с яблоками, коробка сока, упаковка орехов и шоколадка; въездные печати в паспортах; голос навигатора, который предлагает через три километра свернуть налево. тигр, опять-таки, лежит на заднем сиденье и смотрит вперед. дж. уолтерс - красивые песни о том, что будет с нами дальше, джо хисаиси, отрывки из самурайского кодекса и адриано челентано, которые произвольно выбирает плеер. планы на завтра. но это не помогает. снаружи уныние, и такие плотные февральские сумерки, что сразу появляется тоска и мы-все-умрем. такая совершенно особенная балканская тоска: тусклые окна одиноких каменных домов посреди поля, сухие стебли кукурузы, лай собак, одинокие старики, идущие куда-то вдоль дороги. ближе к белграду начинается шоссе с разрешенной скоростью сто двацать, и всего этого уже не видишь.

помогает, когда мира не соглашается нас отпустить без чашки кофе и дает с собой в дорогу бутылку абрикосовой настойки, абрикосовый джем, все домашнее, и гибаницу, это такой огромный слоеный пирог с сыром. помогает, когда звонит мирослав из жабляка, и говорит, что переводить его сайт на итальянский не надо. помогает, когда мы приезжаем вечером в белград, что в нашей комнате уже кто-то есть и можно поговорить: флоранс, который живет в болонье. он уезжает утром, пока мы спали; и мы просыпаемся, уже скучая.

когда мы выходим из "forma ideale", куда белградцы ходят как в "икею", идет дождь и ветрено; мы купили светильники для интерьера "панды"
когда мы выходим из французского ресторана "абсент", куда ходит белградский гламур, дождь уже превращается в мелкий снег; рядом с "абсентом" магазин электроники и магазин музыкальных инструментов: электрическое пианино, я хочу пианино (и лошадь, но лошадь можно позже), а в. - гитару
когда мы выходим из дельта-центра, ветер становится сильным и в воздухе сталкиваются огромные полотна снега, как приливные волны.
когда мы выходим из кафе "cream", которое подарило нам несколько хороших цветовых идей для оформления интерьера, снег уже лежит на кустах и кудрях кариатид третьей белградской гимназии
(и наверняка насыпался внутрь развалин генштаба)
когда мы выходим из стриптиз-клуба "кристал" на улице джорджа вашингтона, снег настолько везде, что скрывает не только трещины на фасадах и темные вывески, но стирает силуэты машин, оставляя только размытый свет фар, стирает опоры мостов через саву и через дунай, оставляет храм святого саввы без куполов и крестов, не говоря уже о следах человека.



@темы: itselle, christmas tiger blues

16:00 

верхом на ките
10:44 

верхом на ките
утром двадцать третьего февраля я проснулась в огромном номере отеля "полярная звезда" в жабляке и смотрела на белую равнину за окном,
а потом меня впервые в жизни штрафанула дорожная полиция, на новой трассе из жабляка в никшич, которую даже еще не закончили строить.


@темы: christmas tiger blues, itselle

LOVE TAKES PRACTICE

главная